Женщины

Марина Михайлова

Кто она, создательница Дворца водного спорта, домов-«кукуруз» и «доллара»

«Салiдарнасць» вспоминает о зодчей Ольге Ладыгиной, чьи работы и сегодня являются архитектурными фишками Минска.

Яблоко от яблони

Семейное древо Ладыгиной любопытно: отец ее — инженер дорожного строительства Борис Ладыгин, мать — учительница французского Ариадна Александровская, родная сестра будущей примы беларусской оперы Ларисы Александровской. А дети словно бы поделили родительские увлечения и таланты: сестра Радуся, Ариадна стала известным эстетиком и музыковедом, в то время как Ольга с детства «мечтала строить прекрасные здания, чтобы в них было радостно и счастливо жить и работать».

Ольга появилась на свет в 1922 году в Москве, где тогда работал отец, но уже спустя несколько лет семья перебралась на мамину родину в Минск, где и прошли школьные годы сестер. А в 1938-м, спасаясь от репрессий, Ладыгины вновь уехали — на этот раз «в глушь, в Саратов», где отец устроился преподавать в автомобильно-дорожный институт.

Словом, ко времени окончания школы Ольга Ладыгина уже знала, кем хочет быть — и в 1940 году поступила на архитектурный факультет Ленинградского инженерно-строительного института. Но проучиться в атмосфере восторженного любования городом, где едва ли не каждое здание — памятник архитектуры, удалось всего год. Все планы перекроила война.

«Притащила домой два стабилизатора и сделала из них подсвечники»

«С ужасом смотрела я на погибающие здания — их еще вчера мы с трепетом обмеряли, пытаясь проникнуть в тайны пропорции, пытаясь понять причину их потрясающего воздействия на человека», — с отчаянием пересказывала первые месяцы войны Ольга в письмах к родным. Впрочем, хотя родители «бомбардировали ее телеграммами с требованием немедленного выезда», Ленинград она покидать не хотела и отчаянно искала, чем помочь полюбившемуся городу.

«Такие капители на портиках нашего института». Из письма к родителям, 1941 год. Фото bdantd.by

Осенью 1941-го, хотя занятия в институте официально не были отменены, большинство студенток работали санитарками в госпиталях. Устроилась при больнице имени Урицкого и Ольга.

«Я потушила две бомбы, — пишет она в октябре 1941-го, — как доказательство притащила домой два стабилизатора и сделала из них подсвечники».

Через день, проезжая мимо своего ВУЗа, Ольга увидела, что одно крыло здания серьезно повреждено бомбами и пострадало от пожара — и выскочила из трамвая, чтобы помочь разобрать завалы:

«До вечера мы разбирали обгоревшие и залитые водой чертежи, рисунки, проекты всех студентов, учившихся в нашем институте в течение ста лет. Что это за грустная работа. Весь двор завален бумагой на толщину более метра. В этих жалких остатках копошатся профессора и студенты, выбирая наиболее ценное…»

Вскоре студентов отправили на строительство оборонных сооружений города — Ольгу Ладыгину назначили прорабом. А спустя полгода преподавателей и студентов эвакуировали по льду Ладожского озера — отправили их в Пятигорск на Северном Кавказе, но Ольга решила иначе и поехала к родителям в Саратов.

Цветы и фрукты для Минска

Здесь девушка практически начала учебу с нуля — поступила в автодорожный институт, где преподавал отец, а параллельно устроилась работать аналитиком военно-дорожной лаборатории. Лишь осенью 1944-го ей удается перевестись в «родной» архитектурный, на 2 курс — правда, уже в Москве.

Ее дипломной работой спустя пять лет стал проект крупного жилого района в московских Химках, а наградой за отличную учебу — направление на работу в Минск, где зодчая побывала вскоре после освобождения города и была до глубины души потрясена разрушениями.

Теперь же им вместе с мужем, однокурсником Евгением Заславским, выпало восстанавливать беларусскую столицу.

Архитектор Ольга Ладыгина с сыном и дочерью, 1964 год

Одной из первых ее беларусских работ вместе с наставником, профессором Михаилом Барщом, стало проектирование жилых домов в районе улицы Янки Купалы и площади Победы (от улицы Козлова до Краснозвездной) в Минске.

Например, как раз ладыгинские — дома напротив цирка, чьи фасады украсили цветочные венки и вазы с фруктами как пожелание процветания и богатства.

Практически всю остальную жизнь Ладыгина проработала в проектном институте «Белгоспроект» — от рядового сотрудника до главного архитектора. В ее творческой копилке более 80 проектов. Впрочем, сухие цифры не отражают полет мысли зодчей, интереснее вспомнить конкретные ее работы. 

В их числе — городские мосты через Западную Двину в Витебске и через Днепр — в Могилеве, мини-ГЭС на Заславском водохранилище, Республиканский институт онкологии и медицинской радиологии в Боровлянах, областная клиническая больница в поселке Лесной под Минском, жилой дом с магазином «Столичный» на улице Якуба Коласа, а в составе коллектива авторов — ДК «Химволокно» в Могилеве, реконструкция главного корпуса НАН Беларуси, ТЦ на Куйбышева.

Дом с магазином «Столичный»

В 1961-64 годах Ладыгина возглавляла беларусский Союз архитекторов — и, к слову, занялась капремонтом здания на Карла Маркса, 14, часть которого была отдана творческому союзу. Например, именно она сделала из официального зала заседаний уютную и очень стильную библиотеку БСА, вплоть до подбора мебели и деталей интерьера.

Фото: city-dog.by
1972 год. Фото: bdantd.by

Сегодня можно сколь угодно много называть минскую архитектуру «совковой», но Ладыгина в свое время немало сделала для культурного обмена — принимала участие в международных конгрессах по архитектуре, в составе делегации Союза архитекторов СССР была на Кубе, ее проекты выставлялись в Париже на выставке работ женщин-архитекторов. А в 1969-м она стала одной из первых, кто получил звание заслуженного архитектора БССР.

«Кукуруза» без итальянского акцента

Отдельно стоит упомянуть знаменитые «кукурузы» — первые каркасные, а не панельные, высотки по 18 этажей возле столичной Комаровки. Ходили слухи, что придумали их итальянцы, но вот и нет. Автором идеи этих архитектурных акцентов в 1969 году была именно Ольга Ладыгина.

Непосредственно «кукурузы» проектировал архитектор Владимир Пушкин, а само строительство пяти «початков» растянулось на три десятка лет — зато архитектурный ансамбль действительно стал украшением города.

Первая «кукуруза» на открытке 1980-х с видами Минска

И еще «доллар» — кирпичный, облицованный бирюзовой плиткой дом на Кульман, напоминающий очертаниями латинскую S (официально был сдан в 1977 году, но старожилы утверждают, что сдавался он поэтапно и первые жильцы въехали раньше).

Дом выделялся планировкой: всего по две квартиры на этаже, просторные ванные комнаты, где при желании можно было поставить душ, кухни с выходом на балкон.

А рядом такой же криволинейный дом, но всего на 5, а не 16 подъездов — его минчане прозвали «центом». Ладыгина дотошно планировала все элементы благоустройства, и внимательно отслеживала ход строительства, а если было нужно, вносила изменения в проект.

Фото bdantd.by

Но, пожалуй, самая известная работа Ладыгиной — Водно-спортивный комбинат (ныне дворец водного спорта). Здание дворца в 1967 году было отмечено серебряной медалью на ВДНХ и вошло в список памятников архитектуры советского периода.

Хотя вообще-то сама архитектор планировала целый спортивно-оздоровительный комплекс, проектированием которого она занималась почти четверть века. К сожалению, гостиница, теннисные корты, открытый плавательный бассейн и другие части проекта при жизни автора так и не появились.

Водно-спортивный комбинат в 1960-е и Дворец водного спорта теперь
Фото из беларусского архива научно-технической документации

В 1992 году в деревне Доры Воложинского района был открыт мемориальный комплекс «Загінуўшых чакаюць вечна» в память мирных жителей, сожженных в местной церкви в годы Второй мировой войны — над ним Ольга Ладыгина работала совместно с архитектором Станиславом Федченко и скульптором Николаем Кондратьевым.

Скончалась архитектор в 2008 году — а ее работы и сегодня живут, став частью Минска и других беларусских городов.

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 4.9(16)